Главная » 2010 » Июль » 21 » С меня хватит!
18:50
С меня хватит!
«Самоволка», или «Ловите его - он не улыбается!»
 
       В этот раз речь пойдет о вышедшем в свет в 1992 году, боевике «Падение», или как окрестили его наши постсоветские прокатчики «С меня хватит!». Фильм довольно давний, поэтому позволим себе вкратце напомнить сюжет. Бывший сотрудник американского военно-промышленного комплекса Уильям (Майкл Дуглас) истомившись сидеть на жаре в автомобильной пробке, бросает машину и идет пешком через весь город, чтобы поздравить с днем рождения свою маленькую дочь, с которой ему запретили видеться после развода. Провоцируемый окружающими, он за время путешествия из простого клерка превращается в убийцу, за которым охотиться полиция. Дело заканчивается тем, что выходящий в этот день в отставку пожилой полисмен Прендергаст (Роберт Дюволл), у которого тоже в жизни не все ладится, убивает Уильяма во время «ковбойкой дуэли».
      Итак, о чем фильм, спрашивается? А вот не так-то и просто на этот вопрос ответить, когда речь заходит именно об этой картине. Одно знаю точно – это не история перегревшегося на солнышке «скрытого агрессора», крушащего все на своем пути в маниакальном желании утащить вместе с собой на тот свет свою бывшую семью. И даже не психологический триллер о том, как раскручивается маховик насилия, то есть, как одно маленькое преступление влечет за собой второе, побольше, потом – третье, и так далее – до самого смертного рубежа. Конечно, все это в фильме присутствует, но не это главное.
      Я тут имел возможность узнать мнение нескольких американцев, один из которых настоящий «коп». Так вот, все они безоговорочно заявили, что Уильям, конечно же, «крейзи», и быстренько свели разговор к излюбленной местной теме - массового владения оружием. Хотя, полисмен-то, как раз, интересную мысль высказал - Уильям, конечно же, сумасшедший, но для многих американцев он является героем, потому что они хотели бы сделать то же самое, но не могут, а он смог. А потом припомнил еще нескольких старых фильмов, главный персонаж которых получал безоговорочную поддержку зрительного зала, вплоть до финальных оваций, именно за то, что вершил самосуд. То есть идея самостоятельного осуществления правосудия постоянно присутствует даже в таком внешне благополучном обществе, как американское.
      Возникает вопрос, почему же тогда защита собственных интересов «напрямую», «контактным способом» достаточно давно стала в обществе непопулярной, и даже запретной. А тоска по справедливости компенсируется перестрелками на киноэкране.
       Дело в том, что у американцев это «тоскливое состояние» усложняется с одной стороны, наличием у населения очень хороших доходов (богато живут – ничего не скажешь), а с другой - присутствием на руках у этого же населения огромного количества огнестрельного оружия. При этом, в смысле «тяги к справедливости» они очень похожи на наших соотечественников. Только вот, если у американского парня «тормоза отказали» - все - «пиши – пропало»! Тут наши скромные возможности по части уничтожения себе подобных с американскими не сравняться – отечественный кулак, или кухонный нож ни в какое сравнение не идут с широким выбором различных видов автоматического оружия. Как сказал все тот же коп: «Ты себе не представляешь, сколько у людей оружия!». Так что сдерживают только общее финансовое благополучие и «улыбчивое» религиозное воспитание.
       И все-таки, возвращаясь к нашим особенностям понимания, «Падение»- это, прежде всего, история о том, как человек перестал, как заведенный, улыбаться и извиняться, потому как в «улыбательном» механизме что-то сломалось. И еще о том, как один хороший парень вынужден был застрелить другого хорошего парня.
       А вот природа этой «поломки», пожалуй, и заключает в себе ответ на многие извечные вопросы современности. Ведь вся соль сюжетной линии не в показе того, как происходит эскалация насилия – подобного добра в других боевиках хватает. Главная закавыка в том, что раскручивают и провоцирую весь этот кошмар бытовые повседневные ситуации, которые при другом раскладе закончились бы привычными извинениями.
       Чтобы оценить всю глубину «разноса» в который уходит главный герой, нужно хорошенько представить себе общество в котором все улыбаются и поминутно говорят «простите меня», даже если для этого нет ни малейшего повода. Причем стороннему наблюдателю поначалу кажется, что тут проживают настолько хорошие люди, что от потока выливаемой на тебя предупредительности становится как-то не по себе. Однако, на поверку все эти «извините» переводятся как «не троньте меня», я очень занят и очень ценю свое время, так что вот вам мое «извините», давайте сюда ваше «пожалуйста», и я побежал.
        И вдруг этот традиционный механизм перестает срабатывать! А никто к такому повороту событий готов не был, как выясняется. Ведь  практически все «жертвы» самоуправства Уильяма вполне сознательно его провоцировали, либо, на него нападали. Все «агрессоры», оказывается, рассчитывали именно на отсутствие реакции, вернее, на «цивилизованную», вежливую реакцию. Именно поэтому все нападающие на главного героя персонажи мгновенно превращаются в пострадавших, стоит только ему оказать достойное сопротивление.
        Не думаю, что кому-нибудь из читателей, особливо «мужская пола» ни разу в жизни не хотелось вот так вот, по честному, надавать по морде охамевшему подростку, послать подальше зарвавшегося, выжившего из ума старикана, ответно пальнуть в обкурившегося молодого негодяя, или прикончить извращенца-фашиста. И, что самое интересное, в других обстоятельствах и в другой культуре большинство их этих действий были бы не просто правильными, а единственно возможными. Ведь, по большому счету, речь-то идет об излюбленной гамлетовской дилемме - «быть, или не быть»! Кстати у Шекспира дальше, если помните, по тексту озвучивается именно версия «смириться или оказать сопротивление».
       Так вот, в отличие от времен средневековья, современная правовая система и официальная мораль настоятельно рекомендуют смириться и подождать. Как замечательно выразился популярный персонаж Рязановского «Служебного романа» Самохвалов: «А я ему дам сдачи, только другим способом». Кстати, в результате, все закончилось мелкой пакостью.
       Дело в том, что современная цивилизация не просто рекомендует, а напрямую запрещает открытое проявление насилия, по принципу – «смирись, а то себе дороже будет». Причем, виноват – не виноват, ты бил, или тебя били, - платить придется в обоих случаях – просто за сам факт присутствия в ситуации, за то, что «оказался не в том месте и не в то время».
       Так что выбор у современного человека не такой уж и большой - либо засунуть подальше всякое там разное «собственное достоинство», стерпеть и пожаловаться «куда следует», либо готовься к тому, что представители закона долго и внимательно будут рассматривать все твои жизненные потроха, задаваясь извечным вопросом – «а не переборщи ли ты с самообороной». В наших реалиях, как правило, решают, что переборщил. Особенно, если в наличие имеется тот самый «труп врага», который согласно древней восточной мудрости может проплыть мимо долго сидящего у реки хорошего человека.
       Так вот, у нас этот самый «хороший человек» может долго сидеть исключительно за решеткой. Только вот, врожденное, древнее чувство справедливости с эти почти всегда не согласно.
       Тут стоит напомнить, что подавляющее большинство насильственных преступлений совершается людьми, которых, как правило, признают официально «вменяемыми», то есть нормальными. Хотя существует, конечно, большое искушение «скопом» объявить все этих людей сумасшедшими, вряд ли кто-то из серьезных специалистов сможет сегодня однозначно объяснить психологическую природу этого «выхода за рамки дозволенного». Так что вопрос остается открытым.
       Однако, в плане юридическом, глобальное обобщение сделано уже давно - человек, вышедший из-под контроля автоматически превращается в преступника, потому как времена «благородных разбойников» давно миновали. И, что самое печальное – лучшего способа друг дружку не изничтожить, пока не придумали. Поэтому и завершается приключение нашего героя в течение нескольких часов финальной пулей от хорошего человека.
        Кстати, второй «хороший парень» заслуживает отдельного упоминания, как ни как, в сценарий заложено противопоставление двух образов – герой и коп. Только вот, коп весьма специфический - тихий, бесконфликтный, порядочный малый, подкаблучник у жены-истерички, однажды сломленный смертью единственного ребенка. Но в последний день службы все наконец-то меняется. Как оказалось, и с него тоже хватит! И он тоже выходит за рамки дозволенного – бьет по морде надоевшего начальника, и вопреки приказу бросается спасать от неминуемой гибели семью Уильяма.
        Все логично - два человека по разным причинам, вышедшие за грани привычного поведения, по-разному распоряжаются представившимися возможностями. В этот раз выигрывает тот, кто остался в рамках цивилизации.
        Да и заканчивается все, не обычным «хеппи эндом» - ребенок спасен, маньяк умерщвлен - а замечательной сценой «ковбойской дуэли», которая оборачивается фактическим самоубийством Уильяма, который использует Прендергаста в качестве палача и освободителя, выхватывая из кармана неуместный для подобного случая водяной игрушечный пистолет. Так что последние кадры вместо облегчения, вызывают горькую усмешку и щемящее чувство жалости к проигравшему сражение с жизнью хорошему парню.
 
Опубликовано в журнале "Психология на каждый день" №7 (42), 2010
Категория: Андрей Гусев. Субъективности. | Просмотров: 821 | Добавил: igorich | Рейтинг: 5.0/1